Некоторые города имели обозначение «белед» — т. е. город, область по-арабски: на монетах Сарая, Гюлистана, Азака, Крыма, Мохши. Это слово, применявшееся на монетах Сарая в XIII в., потом исчезло и вновь прилагается к имени городов при Бир-дибеке и после него до конца XIV века. Сарай ал-Джедид, Укек, Болгар, Орда не имеют обычно этого обозначения. Есть редкие исключения — некоторые серебряные монеты Сарая ал-Джедид чеканки Токтамыша все же имеют слово «белед», а также один тип серебряных монет Мухаммеда, чеканенный в Орде в 775 г. х. (1373-1374 гг.). В последнем случае имело место подчеркивание городской функции Орды, хотя сама по себе чеканка в ней монеты было пере­несением такой функции на кочевую ставку.

На некоторых монетах Хорезма есть слово «белед».

На редких монетах Азака чеканки Шадибека XV века есть перед именем города слово «шехр». На некоторых моне­тах Хорезма также есть это слово. На медных монетах Хорезма 768 г. х. (1366-1367 гг.) помещено персидское слово «кушук», т. е. крепость, прилагаемое к имени города. На медных монетах Хорезма есть выражение «хан-и-шухур», т. е. ханские города. На золотых монетах Хорезма встречается также арабское слово «медина» — город.

На некоторых серебряных монетах имеются дополнительные надписи: «хани» — ханский, «султани» — султанский, «адел» — справедливый» «ярлык». Они, очевидно, были средством подтвердить авторитетом ханской власти доброкачественность монеты — явление распространенное на мусульманском Востоке. Были надчеканки со словами «хан», «справедли­вый», на которых эти слова играли сходную роль.

Среди эпитетов, которые сопровождали названия монетных центров, часто упоминался «ал-Джедид» (Новый). Он прилагался к Сараю, Гюлистану, Азаку, Маджару, Болгару, Орде, Крыму, Каффе, Хаджи-Тархану, и можно считать, что этот эпитет обозначал по отношению к Сараю и Болгару новый город, т. е. город, действительно, на новом месте. Очевидно, столица Золотой Орды в последние годы Узбека была перенесена на новое место («теория двух Сараев»), хотя в последнее время это оспаривается, и в ней при Джанибеке стала чеканиться монета с именем города «Сарай ал-Джедид». Значение эпитета «ал-Джедид» при остальных центрах, кроме Сарая и Болгара, остается неясным.

После имени хана часто писалось пожелание «Да продлится царствие его» или «Да продлит Аллах его царствие».

X. М. Френ читал на некоторых монетах Узбека после имени хана пожела­ние: «Да возвеличит его Аллах», «Да возвеличит Аллах его победы», «Слава его победе».

Легенды чаще всего писались на арабском языке и арабскими буквами. Иногда имена ханов Токты, Джанибека и Токтамыша писались уйгурскими буквами. Есть монеты с написанным уйгурскими буквами именем города Болгар. Име­ются тюркские легенды: «кутлуг булсун» — т. е. «будь счастлив», написанные иногда арабскими, иногда уйгурскими буквами.

Ю. А. Пырсов читал на одном типе пулов, опубликованных А. А. Крот-ковым, уйгурскую легенду на обеих сторонах «Каан — унэшээн» и «Аймат Укек»: т.е. «Ставка хана, область Укек».

По-тюркски арабскими буквами писали обычно легенды о выпуске новых монет и о соотношении денежных и весовых единиц меди и серебра. Есть легенда «48 — один ярмак», «новый пул». Особенно часто употреблялась формула «16 пул данг», на тюрки арабскими буквами, с добавлением «По высочайшему повелению». На хорезмских монетах последнее выражение написано на фарси или хорезмском языке, о чем говорит предлог «аз». Эти легенды писались на близком и понятном населению языке, так как касались насущно важных для жизни предметов — соотношения денежных единиц. На фарси написана легенда на крымских монетах «Мобарек бад пул ноу», т. е. «Благословен будь, новый пул».

Есть монеты с упоминанием «покойного», «блаженной памяти» хана. На монете 768 г. х. с именем Пулад-Тимура бен Нугана, упомянутой выше, есть имя покойного султана Джани­бека; может быть, это понадобилось для того, чтобы легализовать чеканку Пулад-Тимура, который, возможно, не был Джучидом.

На ряде серебряных и медных монет третьей четверти XIV века помещены титулы «султан» или «хан». Может быть, замена титула «султан» на «хан» объясняется воздействием Мамая, не желавшего, чтобы его ставленники подчеркивали свое султанство. Имена ханов Мюрида, Азиз-Шейха и Токтамыша на надчеканках писались без титула, видимо, из-за недостатка места. Встречаются монеты без титулов «хан» и «султан». Так медные монеты Черкес-бека 776 г. х. (1374—1375 гг.), чеканенные в Хаджи-Тархане, имеют только титул «мир». Серебряных его монет не было. Аналогично, на медных монетах, чеканенных в Мохше от имени Тулунбека. Медные монеты Апи-Дервиша, чеканенные, видимо, в XIV в. в Болгаре, упомянутые дважды выше, не имеют титулов вообще.

Помещение на монетах имен правителей без ханских титулов, эмиров, видимо, не Джучидов, было нарушением монополии Джучидов на чеканку монеты и связано было с низким статусом медных монет.

Иногда указанные эпитеты помещались и без титула «хан». В XIII в. на некоторых болгарских монетах появляется титул «султан справедливый». На одной монете хана Токты П. С. Савельев прочел «мир», то есть титул «эмир». Есть на болгарских анонимных монетах XIII в. титул «царь справедливый».

Позднее титулатура стала более развернутой и устойчивой. В XIV в. титулатура на монетах столичных и многих провинциальных ханов была сле­дующей: перед именем ставился обычно титул «султан», «султан справедливый» или «высочайший»; после имени обычно следовал титул «хан». «Бик» или «бек» были частью имени. Но иногда слово «бик», «бек» опускалось. Были монеты ханши Тулунбек с титулом «ханум».

Кроме собственно монголо-татарских имен помещали на монетах арабские имена ханов: «Мухаммед» — на монетах Узбека, Бирдибека, Науруза, Барака; «Махмуд» — на монетах Джанибека, Хызра, Каганбека, Токтамыша; а также почетные прозвища-лакабы: «Гийас ад-Дин» — на монетах Токты, Узбека, Каганбека, Мухаммед-Булака, Токтамыша; «Джелал ад-Дин» — на монетах Джанибека, Азиз-Шейха и Токтамыша; «Насир ад-Дин» – Токтамыша. Встречаются монеты с одним лакабом: например, «Джелал ад-Дин» (чекани­лись эти монеты, видимо, при Токтамыше в начале XV в.), «Гийас ад-Дин» (в начале XV в.), или с одним именем «Мухаммед», «Ахмед». Имеются монеты, у которых имя сопровождается куньей: например, «Туда-Менгу бен Тукаш» или «Пулад-Тимур бен Нуган» (Тукан). Есть имя, связанное с религией, — «Дервиш» — на медных болгарских монетах XIV в. и на серебряных монетах XV в. Загадочным остается имя «Урус» — русский. Хан Азиз всегда почти называется шейхом,’ и имя его двойное «Азиз-Шейх».

В золотоордынской чеканке одновременные монеты разных городов, как мы писали выше, различаются, и имя города заполняет почти всю оборотную сторону монеты. Может, быть помещение религиозных надписей на монетах Токтамыша было связано с какими-то централизаторскими устремлениями Токтамыша, пренебрегшего на монетах городским началом и выпускавшего собственно ханско-мусульманские монеты.

Были благопожелательные надписи и сентенции благочестия, главным образом, на монетах XIII в. Болгарского региона: «Жизнь коротка, употребляй ее на дела богоугодные», «Будь счастлив», «Благословен будь», «Умеренность заменяет богат­ство», «Благосклонность, успех, могущество, слава вечная», «Господство и успех», «Слава тому, кто довольству­ется малым», «Справедливость и счастье», «Слава вечная».

На серебряных монетах почти всегда помещали имя хана, город и год чеканки. На медных монетах имя хана писали редко, за исключением монет некоторых ханов, например, Хызра, Тимур-Ходжы, Мюрида, Азиз-Шейха, Кильдибека.

Заметим, что легенда «Царство Богу», подчеркивающая теократическую концепцию государства, появляется почти одновременно в 1370—1380-е гг. на анонимных золотых монетах Хорезма и на монетах Орды и Азака.

Возможно, эти особенности, подмеченные нами, смутно отражают взаимо­отношения ханской власти, города и мусульманского духовенства. В Хорезме четко прослеживается связь между религиозным элементом и ослаблением династического начала (анонимность). Элемент города в золотоордынской чеканке был сильно выпячен по сравнению с хулагуидской и джелаиридской чеканкой, где типы разных городов были в один период одинаковы и имя города писалось мелко, незаметно, составляя явно второстепенный элемент монетного поля.

Сама по себе анонимность, то есть резкое ослабление династического начала, например, на хорезмских монетах в начале правления Узбека, связана с устремлениями к сепаратизму властей города.

В XTV в. религиозные символы встречаются на саранских и азакских сереб­ряных монетах Узбека, почти всегда — символ веры, позднее на монетах Орды 1370-1380-х гг. — «Царство богу», и на монетах Токтамыша без обозначения места чеканки — символ веры. В Хорезме религиозные надписи имеются на всех анонимных монетах, серебряных и золотых, и не встречаются на именных. Анонимность, таким образом, четко связана в Хорезме с теократическим элементом на монетах. В чеканке европейских городов Золотой Орды прямой связи между анонимно­стью и религиозными надписями не было. Там встречаются монеты с именем хана и религиозной надписью.

В 1290-е гг. также помещали на болгарских и сарайских медных и сереб­ряных монетах имя ан-Насира ад-Дин Аллаха, но без титула «эмир право­верных». Ряд архаизмов (слово «динар») на некоторых этих монетах заставляет думать, что это обращение вновь к имени почитаемого халифа, давно уже умершего, а отсутствие халифского титула, как полагает А. 3. Сингатуллина, объясняется тем, что в это время он перешел к каирским халифам. В.П.Лебедев сообщил мне, что ему известна монета такого типа с началом титула «эмир правоверных». Все это заставляет отказаться от предположения А. Г. Мухамадиева, что имя ан-Насир ад-Дина на монетах 1290-х гг. — это лакаб Токты. Мало веро­ятно и то предположение А. Г. Мухамадиева, что это имя какого-то халифа, появившегося где-то после казни последнего Аббасида.

Возможно, как предполагает В. П. Лебедев, эта группа монет относится к более раннему времени (конец 1250—1260-е гг.). Сарайские монеты с именем ан-Насира не датированы, а дата на одном типе болгарских монет с именем ан-Насира могла быть искажена и должна была обозначать не 692 г. х. (1392— 1393 гг.), а 662 г. х. (1363—1364 гг.). Это предположение делает указанные моне­ты продолжением ранних болгарских монет с именем ан-Насира, что снимает все вопросы, и в частности связанные с чеканкой медных монет в Болгаре в конце XIII в., и подтверждает тезис о том, что после 1260-х гг. и до середины XIV в. в Болгаре медные монеты не чеканились.